Общество

«Альянс Франсез» в Самаре не связывает прокурорскую проверку с законом «Об НКО»

В Самаре проверки НКО затронули не только ассоциацию в защиту прав избирателей «Голос», но культурно-лингвистическую региональную общественную организацию «Альянс Франсез Самара». Руководитель пресс-службы самарского отделения «Альянс Франсез» Екатерина Корыпаева рассказала о проверке.

RFI: Как давно проходит у вас эта проверка и по каким причинам, если вам это объяснили?

Екатерина Корыпаева: Насколько мы знаем, проверка сейчас проходит на всей территории Российской Федерации. Наши коллеги из Владивостока и Новосибирска нам говорили о том, что буквально за неделю до нашей проверки в Самаре, у них такие же проверки прокурорские были. Это обычная плановая проверка прокуратуры, они проверяют общие уставные документы, просто смотрят на деятельность организации. С законом «Об НКО», честно говоря, не знаю, как это связано. Нам это объяснили просто общей плановой проверкой. Одним днем, собственно, ограничилась эта проверка.

RFI: Одним днем? Хорошо. То есть, у вас просто забрали какие-то уставные документы?

Екатерина Корыпаева: Ничего не забирали, все пришли, на месте посмотрели. На месте посмотрели, задали какие-то вопросы руководителю общего характера. На этом все закончилось.

RFI: Вы цитировали другие организации. Вы имеете в виду «Альянс Франсез»?

Екатерина Корыпаева: Да. «Альянс Франсез» Владивостока, «Альянс Франсез» Новосибирска. Просто за неделю до нас – идет волна проверок такая. Она, видимо, началась на нашей территории России с востока, вот сейчас движется на запад медленно.

RFI: Вам не показалось это странным? Потому что вы – не правозащитная организация, а, скорее, культурно-лингвистическая.

Екатерина Корыпаева: Странным это не показалось, потому что все организации, независимо от их статуса, проходят по российскому законодательству рано или поздно какие-то проверки – налоговые, внешний аудит, прокуратура может прийти. То есть, нас это не удивило, нет.

RFI: «Альянс Франсез», поскольку она есть во многих странах мира, в том числе, и в самой Франции для иностранцев, которые приезжают сюда учить французский язык, какой у вас статус? Вы считаетесь французской организацией или российской? На основании чего к вам пришла с проверкой прокуратура?

Екатерина Корыпаева: Вообще, мы действуем на основе российского законодательства, мы являемся русской структурой. По уставным документам, мы полностью соответствуем всем признакам российской структуры. То, что мы работаем под международной маркой «Альянс Франсез», то, что нас поддерживает посольство, это никак не отражается на юридическом статусе нашей организации. Мы являемся российской структурой.

RFI: А посольство Франции как-то отреагировало на эти проверки?

Екатерина Корыпаева: Посольство Франции на данный момент никак не отреагировало, потому что наших альянсов в России 12. Я думаю, может быть, в конце, когда дело дойдет до последнего альянса в Рыбинске, когда всех проверят, может быть, они и сделают какое-то заявление. На данный момент нет никакой реакции.

RFI: Но они в курсе того, что происходит?

Екатерина Корыпаева: Они в курсе. Мы сегодня с утра были несколько удивлены, потому что российские СМИ очень оживленно звонят, пишут. Мы обнаружили сегодня с утра несколько статей, даже сами удивлены, что это вызвало такую волну, такую реакцию. Для нас это обычная проверка. Мы это восприняли как обычную проверку, которую может пройти любая, и должна пройти любая организация в Российской Федерации.

RFI: В таком случае как «иностранные агенты» вы будете регистрироваться, если это связано с этим законом?

Екатерина Корыпаева: А мы не являемся иностранными агентами ни по одному из пунктов. Мы вообще не подходим никаким образом под этот статус.

RFI: А финансовые средства посольство Франции какие-то вам дает?

Екатерина Корыпаева: Нет-нет. Посольство Франции может нас ну, книгами снабдить, литературой какой-то непосредственно. Это воспринимается как дар – в дар они дают нам книги. Или посольство является организатором, например, турне французской группы или французской экспозиции, или французского театра. И мы в данном случае являемся как бы точкой опоры, куда приезжает группа, и помогаем организовать концерт в нашем регионе. Денежных средств как таковых мы от посольства никаких не получаем.

RFI: Тогда очень странно, почему все связывают эти проверки и других организаций – не только «Альянс Франсез» — с законом «Об НКО», хотя фактически вы ею не являетесь.

Екатерина Корыпаева: Знаете, у нас шутка такая: поскольку закон об «иностранных агентах» был принят, призвали всех прийти и зарегистрироваться как иностранные агенты, прийти и заявить о себе как об иностранных агентах, но никто в Российской Федерации этого не сделал, то решили взять, и всех проверить заодно. Мы шутили-шутили (мы долго шутили после принятия этого закона), ну, а потом – эта проверка. Мы даже не удивились.

RFI: Может быть, тот резонанс, который эта проверка в российских СМИ получила, связан с тем, что, например, радио «Свобода», по словам одного из студентов языковых курсов «Альянс Франсез», проверяющие интересовались у него, с какой целью он стал изучать французский язык, и не собирается ли он эмигрировать во Францию. Был ли такой случай и похоже ли это на какое-то давление?

Екатерина Корыпаева: Я думаю, если бы радио «Свобода», по крайней мере, написало «Петя Иванов, студент такого-то года обучения, учится с такого-то времени в «Альянс Франсез», учит французский» — это было бы похоже на правду. Но поскольку какой-то студент что-то сказал, о чем-то его спросили, совершенно непонятно, ответил ли он вообще, слышал ли вообще этот студент, что к нему обращаются (может быть, это был вообще риторический вопрос в стену) – это мало похоже вообще на правду.

RFI: Вам неизвестны такие случаи.

Екатерина Корыпаева: Дело в том, что мы находились все в офисе, проверка проходила, естественно, в рабочее время офисных сотрудников, которое заканчивается в 6 часов вечера. Все курсы вечерние у нас начинаются в половины шестого, с шести основной поток идет. Проверяющие гипотетически могли бы, конечно, где-то пересечься – на улице, например, когда уходили от нас и встретились со студентами. Но это слабо проверяемо, слабо доказуемо. Проверяющие сидели, общались с сотрудниками офиса, со студентами у них даже пересечений никаких не было.
 

Источник: Русская редакция RFI

***

По теме

Back to top button