Главная / Общество / Самарский зоопарк: как живется леопардам?

Самарский зоопарк: как живется леопардам?

13 июля исполнилось две недели с тех пор, как в нашем зоопарке появился второй экземпляр занесенного в Красную книгу вида семейства Кошачьих – Дальневосточного леопарда. На Земле их осталось лишь тридцать, что говорит о важности сохранения особей. Как обживается зверь на новом месте? Подробнее об этом – в репортаже.

Вероника Баякишева вместе с девочкой пумы
Дальневосточный леопард Хан (4 года)

Как оказалось, оно произошло более-менее гладко, если не учитывать жару. 29 июня, в день прибытия Филиции в Самару из зоопарка города Алма-Аты (Казахстан), температура достигла 30 градусов Цельсия, что, конечно, сказалось не совсем хорошо на здоровье животного. И без того будучи вымотанным после поездки, оно предпочло сразу залечь в углу клетки. Но похожее состояние наблюдалось и у других обитателей. Есть вероятность, что причиной тому стала и грязь, покрывающая слоем стены и полы некоторых вольеров. К сожалению, такой характеристикой обладают многие заповедники, причем не только наши. Так в чем тому причина?

Ответом, вероятно, может послужить интервью одного из работников парка и главного ветеринара центра, Вероники Закировной Баякишевой. По словам последней, она работает здесь с марта 2008 года, и пришла сюда по просьбе руководства. До этого ее постоянным местом работы была Самарская городская ветеринарная станция по Борьбе с болезнями животных, куда она поступила почти сразу после окончания Саратовского аграрного зооветеринарного университета им. Н.И.Вавилова, где училась на факультете Ветеринарной медицины и биотехнологии. «Не смотря на все это, - сообщает она, - я не жалею, что пришла сюда работать. Да, конечно, парк не идеален, но со времени появления в нем нового директора (Шепталова Олега Валентиновича) он заметно улучшился. За пять лет работы его в заповеднике появилось много нововведений, к числу которых относятся вольеры для представителей региональной фауны. Особенно стоит отметить, что за это же время улучшилось и качество пищи, позволившее увеличить продолжительность жизни животных в 1,5 – 2 раза. Это крупные изменения, если учесть, что предыдущие 15 лет на заповеднике не отразились. А двадцать лет тому назад это был бесхозный передвижной состав, с населением не более ста экземпляров! Прошлый директор - Дягтерев Алексей Иванович – принес пользу тем, что он все же принял его под свое руководство, увеличив численность населения заповедника практически вдвое, и организовав его структуру. На этом деятельность была ограничена, поскольку в городском зоопарке в то время было городское финансирование. Но после 2005 года оно было преобразовано, что улучшило условия. Как раз на тот же период приходится и второй скачок числа проживающих в зоне. Сейчас оно насчитывает более 1100 экземпляров самых различных видов.
Дальневосточный леопард является наиболее редким среди них.

Дальневосточный леопард Филиция (3 года)

Леопардиха Филиция, поступившая к нам последней, 1 июля отпраздновала свой первый у нас день рождения – 3 года. С будущей парой – Ханом – ее уже познакомили, и, к счастью, они отнеслись друг к другу на удивление спокойно, не смотря на различия. Неряшливый, но уравновешенный Хан оказал неплохое воздействие на аккуратную, но агрессивную Филицию. Он был привезен к нам в 2008-ом, из Липецка, в возрасте трех месяцев. Первое время нам было тяжело с ним, но вскоре Хан привык к окружению. В этом году, в июне, ему исполнилось 4 года.

Чтобы они не болели, мы кормим их следующим образом: три раза в неделю – мясом говядины, два раза – птицы, один раз – кролика, а в понедельник – разгрузочный день. За сутки мы кормим их трижды – утром, днем и вечером. Особое отношение у нас к детенышам, которых мы при рождении перемещаем в отдельное место, подальше от родителей. Если этого не сделать, то последние могут их запросто затаскать. Малышей мы кормим вручную на протяжении трех недель: собачьим или коровьим молоком, либо детским питанием («Baby Sitter»), с 7 до 8, и через каждые 4 часа.

Конечно, учитывая нынешний размер зоопарка, нам приходится туго с работой. В коллективе работает 40 человек, но большую часть его составляет администрация. В часть поменьше входим и мы: биологи, орнитологи и медики. Всего нас 20. Разумеется, если учесть, что среди остальных половина – охранники, то неудивительно, что нам не хватает уборщиков. Однако при текущем финансировании на новых работников денег нет, в то время как старых уволить нельзя, так как они заняты не менее важным делом. Так нам приходится ждать, пока кто-то уволится сам. Это не очень приятно.

Параллельно с выставлением животных, мы занимаемся и продажей часто встречаемых видов. Я лично отношусь к тому не очень позитивно, хотя, конечно, все зависит и от покупателя. Я придерживаюсь мнения, что каждый должен поступать по собственной совести. Если человек чувствует, что он способен ухаживать за животным, то почему бы и не завести кого-то? Однако я знаю случаи, когда в офисах держат такие редчайшие виды, как крокодиловый кайман.

Учитывая это, можно понять, что особого ухода они не получают. В связи с тем, нам очень часто приходится принимать вызовы от подобных хозяев. Иногда они приходят слишком поздно, когда животное не спасешь, а потому не стоит заводить зверей, и особенно экзотических, ради красоты или статуса.

Кугуар Хан с другого ракурса

Возвращаясь к обитателям нашим, мы всячески следим за тем, чтобы им всего хватало. Это относится не только к витаминам, но и к вниманию: ведь все, кто работает здесь, любит животных как собственных детей. Если кто-то заболеет, то мы всегда готовы сорваться с места, чтобы им помочь. По той же причине, бывают у нас вызовы и ночные. Последний произошел, например, когда отравился детеныш косули, после того, как посетители накормили его не свойственной ему пищей. Малышу было тогда 7 месяцев; приступ отравления произошел весной. Для того чтобы его спасти, мы провели курс терапии, но, когда он был в судорогах, в один из моментов он ударился о бордюр, и получил перелом голени. Снятие снимка показало осколочность раны, после чего косулю пришлось оперировать в клинике на ул.Фадеева. Если бы не перелом, то он бы, наверное, выжил. Хорошо, что такие случаи бывают нечасто. Это было потрясение для нас. Но еще того хуже, когда нам и самим приходится подвергать кого-то эвтаназии.

Я помню, был случай, когда нам пришлось застрелить самку гамадрила, родившую детеныша с заложенностью дыхательных путей. Некоторое время он просто не мог дышать, и, если бы не мать, мы бы не заметили этого. Сама мамаша была так напугана, что постоянно трясла, и даже била малыша. Это было в выходные, и, конечно, мы сразу приехали, и дали им обоим наркоз. После того, две недели мы боролись за спасение ребенка. В итоге он выжил, а мать так и не очнулась, к сожалению. Сейчас детенышу 8 месяцев, и недавно мы перевезли его в Уфимский зоопарк.

Пума Парамон (12 лет
Также, в ночь с 10 на 11 июня, в нашем зоопарке родила и пума по имени Парма (Пермский зоопарк, 6 лет), которая принесла нам трех пумят – девочку и двух мальчиков. Их отец – Парамон (Черниговский зоопарк, 12 лет).
Пума Парма (6 лет)

Сейчас малышам по месяцу, и, слава Богу, развиваются они неплохо.
Так, на девочку даже есть желающие ее приобрести - зоопарк «Лимпопо», находящийся в Нижнем Новгороде. И это неудивительно, ведь она – самая активная из помета. Остальные, если им повезет, могут пойти по стопам последних шести пум поколения 2011 года, которые сейчас, благодаря талантам, сумели попасть в цирк под руководством Исайчевых (Москва). В январе они давали представление в нашем городе. До этого их выступление происходило в Ростове.

Пумята Пармы и Парамона, вскарлимаемые овчаркой Чолли Екатерины Латиной

Следующей зимой мы ожидаем и приплод леопардов. Что касается парка, то его мы планируем расширить по площади, и сделать отдельное помещение для проведения родов. Территориальный вопрос – это наша вторая проблема, во многом еще актуальная. И, конечно, мы надеемся, что возрастет и разнообразие заповедника».

Ксения Фадеева.