Главная / это Архив / в Мире / в России / Поэма о загранпаспорте

Поэма о загранпаспорте

В начале ХХ века всего несколько стран требовали предъявить паспорт при въезде и выезде. Отчего же сто лет спустя без паспорта с визой никуда не пускают?

ТРИ четверти века назад в Голливуде сняли самую знаменитую мелодраму ХХ столетия – фильм «Касабланка», где главные роли блистательно играют Хамфри Богарт и Ингрид Бергман. «Касабланка» – фильм об истории любви во время войны. Но сюжет фильма – погоня за визой. Получить или не получить вожделенный листок с подписью чиновника и печатью – и в фильме, и в реальной жизни – это выбор между жизнью и смертью.

В октябре 1937 года в Берлине имперское министерство внутренних дел распорядилось: «Германские заграничные паспорта, выданные евреям, отныне недействительны. Выданные ранее паспорта должны быть сданы». Не только евреи, но и все, кто ненавидел нацистов, пытались уехать из Германии. Не успевшие покинуть Третий рейх вскоре будут депортированы в концлагеря.

Виза – синоним счастья

Когда вермахт оккупировал одну страну за другой, проездные документы, паспорта и визы – вот что было необходимо для спасения. Бесценными стали въездные визы в невоюющие страны. Но начальник швейцарской полиции приказал высылать всех евреев-беженцев, пытавшихся спастись в Швейцарии. Нашёлся один швейцарский полицейский по имени Пауль Грюнингер, не подчинившийся приказу начальства. Он служил на границе с Австрией, которую Гитлер в 1938 году присоединил к Третьему рейху. Он знал, что евреи бегут из Австрии, потому что их ждёт неминуемая смерть. И поставил трём тысячам австрийских евреев в паспорта штампы со старой датой – будто они въехали в страну до закрытия границы.

Его обвинили в подделке документов. Он лишился работы. Но до конца своих дней продолжал говорить, что «жестокий отказ впустить эмигрантов не соответствует нашим гуманитарным и христианским принципам». Только через четверть века после смерти Пауля Грюнингера суд в Швейцарии его реабилитировал. Швейцарские юристы в конце концов пришли к выводу, что полицейский имел право подделать въездные документы ради того, чтобы спасти невинных людей от нацистов...

Касабланка – порт в Марокко, это африканское государство было в ту пору французским протекторатом. Во время Второй мировой в Марокко устремились беженцы из оккупированной нацистами Европы. И здесь, в Касабланке, они предлагали чиновникам взятки, покупали бумаги на чёрном рынке или находили какой-то другой способ обрести вожделенные документы и спастись. Счастливчики благодаря деньгам, связям или удаче получали визы и отправлялись в Лиссабон, столицу Португалии, оставшейся нейтральной, а оттуда – в благословенную Америку. А остальные, менее счастливые, как показано в этом замечательном фильме, ждут счастья в Касабланке. И ждут, и ждут, и ждут...

Особые приметы
В начале ХХ века в загранпаспорт вписывали от руки особые приметы владельца: рост, цвет волос и глаз. Потом потребовались фотографии. В Великобритании целые семьи позировали вместе. Разрешалось сниматься в шляпе и тёмных очках. В Соединённых Штатах ещё в шестидесятые годы можно было улыбаться, глядя в объектив. В семидесятых появились цветные фотографии.

Сегодня дни привычного бумажного паспорта, похоже, сочтены. Специалисты прогнозируют, что уже в 2022 году туристы, путешествующие по миру, обойдутся вовсе без паспортов или удостоверений личности. Пограничникам достаточно будет сканировать радужную оболочку глаза и отпечатки пальцев и свериться с гигантской базой данных.

Но радоваться нечему. Бумажный паспорт уступит место сканирующим нас приборам, которые способны идентифицировать нас по глазам, по узорам на коже пальцев, по форме лица и даже по рисунку наших вен и артерий. Мы не избавляемся от документов, мы сами становимся документами.

Прогресс биометрических технологий на фоне возрождения этнического национализма ведёт к тому, что разделяющие народы стены – физические и юридические – становятся всё выше и прочнее. Чем больше информации наши отпечатки пальцев или сканы радужной оболочки глаз сообщают чиновникам – где мы живём, чем занимаемся, кто наши родители, когда нас штрафовали за превышение скорости или переход улицы в неположенном месте, – тем больше оснований для своего рода цифровой сегрегации.

Благодаря современным технологиям записи станут вечными. Забыть, стереть из памяти, вычеркнуть из истории ничего нельзя! Наши прегрешения, мнимые или реальные, будут преследовать нас десятилетиями. Технологии вовсе не нейтральны. Высокотехнологичные инструменты пограничного контроля закрепляют неравенство и наказывают «чужих» и бедных.


Подробнее: «Аргументы Недели»