Другие немцы

Война не дошла до Самарской (Куйбышевской) области. Тем не менее, немцев у нас побывало немало. Первые пленные появились здесь летом 1943 года, после Сталинградского сражения. Исхудавшие, оборванные, они были совсем не похожи на тех, что показывала гитлеровская кинохроника. Около трех тысяч военнопленных жили в лагере близ поселка Управленческий. Они строили теплотрассы, газовые магистрали, добывали щебень в Сокольих горах. За годы войны через лагерь № 234 прошло более 20 000 пленных. Пять таких лагерей действовало на территории области.
Немецкие-спец-ты-На Управе-в 40-г

В 1946 году на смену военнопленным стали прибывать немецкие гражданские специалисты. По секретному постановлению советского правительства под Куйбышевом решено было построить завод газотурбинных авиационных двигателей. Такими моторами в конце войны оснащались новейшие модели боевых самолетов и наших, и немецких. Но немецкие конструкторы создали более совершенную силовую установку. Ее решено было взять за основу при разработке новых двигателей для отечественной авиапромышленности. Наладить выпуск стратегически важной продукции планировалось с помощью немецких специалистов.

Осенью 1946 года из городов Дессау и Стасфурт, где размещались заводы «Юнкерс» и «БМВ», в Куйбышев в добровольно-принудительном порядке было направлено свыше 400 немецких инженеров и около 300 высококвалифицированных рабочих. Им разрешалось взять с собой своих близких, поэтому в поселок Управленческий помимо авиаспециалистов прибыло 1200 членов их семей.

Это были совсем другие немцы, чем те, которые все еще находились в лагере для военнопленных. К ним и относились совсем иначе. Специалистов разместили в новых кирпичных домах со всеми удобствами. Зарплата у них была в два раза выше, чем у наших инженеров. Каждую неделю им выдавали щедрые продовольственные пайки, в которых были колбаса, масло, сыр, чай, табачные изделия – все то, что не могли себе позволить даже многие руководящие советские работники.

Немецким специалистам не разрешалось покидать жилой поселок. Лишь несколько раз их на автобусе вывозили в областной центр на экскурсию. Но на территории Управленческого городка они свободно общались с русскими и даже ходили в гости к своим новым друзьям. Многие очень быстро освоили русский язык, тем более что за его знание полагалась 20-процентная надбавка к зарплате. У многих семейных немцев здесь родились и подросли дети.

Уже осенью 1947 года с помощью немецких инженеров на моторном заводе было налажено опытно-конструкторское производство новых двигателей. По мере того как выпуск их возрастал, немцев стали отпускать домой.

Последние специалисты уехали на родину через семь лет. Некоторые из них уже в наше время приезжали в Самару со своими детьми и внуками. Без всякой горечи они вспоминали дни, проведенные в вынужденной командировке на Волге. И даже испытывали некоторое чувство гордости за свою причастность к успехам фирмы Кузнецова, создавшей лучшие в мире лунные ракетные двигатели и мощные силовые установки для самолетов.

Летом 2000 года в Самаре побывал бывший немецкий инженер-электрик Хельмут Бройнингер, который был в составе той самой группы германских технических специалистов, что более чем полувека назад под покровом секретности была вывезена в поселок Управленческий. Глубокой осенью 1946 года, когда поезд с немцами прибыл в наш город, г-ну Бройнингеру было 36 лет
Летом 2000 года в Самаре побывал бывший немецкий инженер-электрик Хельмут Бройнингер, который был в составе той самой группы германских технических специалистов, что более чем полувека назад под покровом секретности была вывезена в поселок Управленческий. Глубокой осенью 1946 года, когда поезд с немцами прибыл в наш город, г-ну Бройнингеру было 36 лет

Ранним утром 22 октября в дверь моей квартиры позвонили. На пороге стоял советский лейтенант и двое солдат. Лейтенант сообщил, что мне и моей семье дается шесть часов на сборы для последующей отправки в Советский Союз. Никаких подробностей он нам не рассказывал, мы лишь узнали, что будем работать по специальности на одном из советских оборонных предприятий.

Под усиленной охраной вечером того же дня поезд с техническими специалистами отправился с берлинского вокзала. При погрузке в эшелон я увидел много знакомых лиц. Это были опытные инженеры с нашего предприятия, а также некоторые мои коллеги с заводов «Юнкерс» и «БМВ». Целую неделю поезд шел до Москвы, где выгрузилось несколько инженеров с семьями. Но мы поехали дальше. Никто из немцев не знал конечного пункта нашего вынужденного путешествия. Пошел слух, что мы едем в Сибирь, и все мы заранее содрогались от предчувствия страшных сибирских морозов.

Однако через неделю после остановки в Москве нас привезли в какой-то маленький поселок и объявили, что отныне мы здесь будем жить и работать. Я немного знал географию России, но о городе под названием «Куйбышев» до этого ни разу не слышал. Лишь когда мне объяснили, что раньше он назывался Самара, я вспомнил, что действительно на Волге есть такой город. Но о его пригороде с трудным для немца названием «Управленческий» я, конечно же, узнал только в момент нашего приезда сюда.

Вскоре выяснилось, что здесь расположился завод авиационных двигателей, а производство, на которое направили специалистов из «Аскании», именовалось «опытно-конструкторское бюро № 3», или просто ОКБ-3. Здесь я и проработал до сентября 1950-го года, после чего вместе с семьей был переведен на один из московских заводов. А вот домой, в Германию, нам довелось вернуться только в 1958 году.

Подробнее в статье В.Ерофеева:

В 1991 году в Самаре побывала еще одна группа немцев. Восемь юношей и девушек принимали участие в акции «Искупление». Это движение родилось на территории бывшей ГДР, но не очень афишировалось в нашей стране, потому что носило отчасти религиозный характер. Полмесяца трудились в самарском госпитале ветеранов войны группа «Искупление». Молодые немцы не чурались никакой грязной и тяжелой работы – мыли полы, перетаскивали мебель, были санитарами и сиделками, хотя далеко не все имели медицинскую подготовку.

Их поездка была осуществлена на добровольные пожертвования верующих, а также на средства евангелической больницы имени Королевы Елизаветы. Эта больница прислала в Самару многочисленные подарки – медицинское оборудование, одноразовые шприцы, хирургические перчатки и многое другое. Работали немцы безвозмездно, но с благодарностью приняли бесплатное питание в столовой госпиталя и частичную оплату жилья.

Говорят, что дети не отвечают за дела своих отцов. Но эти немцы чувствовали себя ответственными за те беды, которые принесла развязанная фашистской Германией война. Они всей душой старались помочь бывшим фронтовикам. И люди, получившие во время войны тяжелые увечья, не испытывали никакой неприязни к детям своих бывших врагов. Ведь это были совсем другие немцы.

В Самару часто приезжают партнеры из города-побратима Штутгарта. В городе действует немецкий культурный центр. А в Приволжском районе специально для немцев отстроены целые села. Война не забыта. Мы всегда будем помнить своих погибших солдат. Но мы понимаем и горе немцев, потерявших в войну своих близких. И мы умеем отличать друзей от врагов.